Александр Шапиро (burrru) wrote,
Александр Шапиро
burrru

Categories:

As I lay dying

У Гомера Одиссей в одиннадцатой песне спускается в царство мертвых. Там Одиссей встречает Агамемнона, который рассказывает о своей гибели. Убила Агамемнона изменившая ему жена. В переводе Жуковского этот момент звучит так:

... ... ... Напрасно слабевшей рукою пытался
Меч я схватить, умирая, - рука моя наземь упала.
Та же, бесстыжая, прочь отошла, не осмелившись даже
Глаз и рта мне закрыть, уходившему в царство Аида.

А в старом английском переводе Агамемнон говорит:

As I lay dying, the woman with the dog's eyes would not close my eyes as I descended into Hades.

Что дословно означает: "Я лежал, умирая, и женщина с собачьими глазами не закрыла мне глаза, пока я спускался в Аид." Слова "As I lay dying" стали названием романа Фолкнера - знакового романа XX века, построенного как поток сознания нескольких персонажей.

Гораздо более близкой аллюзией на сюжет Гомера является написанное по-английски стихотворение Бродского Törnfallet. В нём слова "As I lay dying" - первая строчка последней строфы. Вот перевод и оригинал:

Törnfallet

У шведского луга
мне стало туго,
и плывет в белках
вода в облаках.

По лугу кружится
моя вдовица;
хахалю сплела
из клевера удила.

Мы стали парой
в часовне старой.
Снег дал нам ясность,
был дружкой ясень.

За ней покорный
овал озёрный
зеркальный пресный
был счастлив треснуть.

С моей постели
её блестели
власы златые
на все четыре.

Неподалеку
её высокий
напев про лето,
но песня спета.

Вечерняя темень
в широкие тени
краски украла.
Похолодало.

Взгляд, угасая,
впёр в небеса я.
Венера в небе;
один я с нею.


Törnfallet

There is a meadow in Sweden
where I lie smitten,
eyes stained with clouds'
white ins and outs.

And about that meadow
roams my widow
plaiting a clover
wreath for her lover.

I took her in marriage
in a granite parish.
The snow lent her whiteness,
a pine was a witness.

She'd swim in the oval
lake whose opal
mirror, framed by bracken,
felt happy, broken.

And at night the stubborn
sun of her auburn
hair shone from my pillow
at post and pillar.

Now in the distance
I hear her descant.
She sings "Blue Swallow,"
but I can't follow.

The evening shadow
robs the meadow
of width and color.
It's getting colder.

As I lie dying
here, I'm eyeing
stars. Here's Venus;
no one between us.
Subscribe

  • Про Израиль и евреев

    Тьму не разгоняют палкой. Еврейская мудрость Позавчера в Израиле был День Памяти погибших в войнах и терактах. В 11:00 завыла сирена, и страна…

  • Об авторстве

    Бен Джонсон, младший современник Шекспира, насмешник и язва, никогда не подозревался в написании шекспировских пьес. Скорее, наоборот: Шекспир…

  • О криптовалюте

    Я много лет профессионально занимался анализом американского рынка ценных бумаг. Это сложная экосистема, в которой тысячи различных акций и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Про Израиль и евреев

    Тьму не разгоняют палкой. Еврейская мудрость Позавчера в Израиле был День Памяти погибших в войнах и терактах. В 11:00 завыла сирена, и страна…

  • Об авторстве

    Бен Джонсон, младший современник Шекспира, насмешник и язва, никогда не подозревался в написании шекспировских пьес. Скорее, наоборот: Шекспир…

  • О криптовалюте

    Я много лет профессионально занимался анализом американского рынка ценных бумаг. Это сложная экосистема, в которой тысячи различных акций и…